Новости для интеллектуалов

Новости креативного класса

Каталог компаний

Выбрать тренинг

Летнее чтение:

Добавить в Каталог

Статьи

О Клубе

Форумы

Публикация месяца

TreKo.Ru Консалтинг и тренинги

Рейтинг@Mail.ru



Об особенностях тренинга и репетиции выступления эстрадного артиста


Пишет режиссер телепроекта: «Фабрика звёзд» Лина Арифулина:

«Мы раздавали отобранным конкурсантам анкету, в ней был вопрос: что Вы ставите на первое место в своей жизни? И десять вариантов ответа по степени важности. Те, кто потом самым интересным образом раскрылся и показал себя на «Фабрике», только пятым или шестым пунктом указали карьеру, успех и желание стать звездой. На первом месте у них, как правило, были любовь и семья. Для меня в этих ответах была какая-то подкупающая честность. Ведь понятно, что на прослушивании в телепроект «Фабрика звезд» надо всячески педалировать свою экстравертность, неудержимый темперамент, экспрессивность и артистичность. Но те, кто
по-человечески писал (и, надеюсь, уже тогда понимал), что главное для него - нечто большее, чем блеск успеха, добивались большего. […]

Большинство молодых артистов понятия не имеют, что так нужно и можно работать. У них все репетиции - это так, прикидки. Прошел туда, сюда, пошутил, покривлялся, показал себя, развлекся, Мало кто вкладывается в это, отрабатывает движения, поведение, эмоциональные реакции. Некоторые говорят: «Лина, да чего такого? Ну вот здесь встану, туда пройду...» Меня это так возмущает. При чем тут то, куда ты пойдешь? Хотя и это должно быть отработано, но, главное, ты с первых аккордов, с первых секунд своего появления на сцене должен суметь захватить внимание зала и уже до самого конца не отпускать его. Это очень трудно. И это не просто дар, который, как многие ошибочно думают, существуют у них от природы. Это навык, ремесло, практика, которые надо постоянно развивать. Совершенствовать, долбить. Повторяю: жанр телевизионных проектов и современных эстрадных концертов - это шоу. На сцене очень жёсткие законы существования. Их надо осваивать. Самоотверженно и прилежно. И только настоящий артист понимает, что для того, чтобы весь зал ревел при его появлении во время концерта, надо, как спортсмену, потеть, готовя свое выступление.

У Кристины Орбакайте я не вижу отработки вполсилы, обозначений, каких-то точек, акцентов, мизансцен. Нет. Она все делает максимально приближенно к выступлению, возможно, с меньшими эмоциональными амплитудами по сравнению с концертами, но сохраняя весь рисунок чувств. Поэтому за ней интересно наблюдать даже во время репетиций. А у молодых артистов вместо понимания ситуации возникает ощущение результата. В их положении это очень простая связка - я вышел на сцену, я могу петь. Всё. Я уже молодец.

Примечание Редактора портала TREKO.RU – см.: какие типовые ошибки делают бизнес-тренеры и консультанты при подготовке своего Доклада перед коллегами…

Есть совсем тяжелые варианты, когда вокруг начинают мелькать поклонники, автографы, телевидение, плакаты и обложки с твоим изображением. Я всегда добиваюсь понимания того, чтобы каждый понимал, что он делает. Когда артист приходит на репетицию и поёт, я спрашиваю его:
«О чем эта песня?» - «Ну, эта песня о любви, он и она, он, она ушла, я его жду, стою тут у окна, тереблю шторку...» - «Так, понятно. Скажи мне, тебя когда-нибудь оставляли? Ты с кем-нибудь уже расставалась?»

И тут прямо на глазах меняется лицо: «Да!» - «Расскажи!» Катя Лель, это была она, мнется, мнется, а потом начинает рассказывать, увлекается, у самой слезы на глазах, воспоминания, спазм в горле. Я ей говорю: «А нельзя рассказать эту историю в твоей песне? Вспомни, ведь, когда он ушёл, ты, наверное, не стояла в позе прекрасной статуи возле окошка, не держала двумя пальчиками кисейную занавеску? Ты, наверное, сидела, скрючившись, смотрела на телефон. Тебе было больно, одиноко, обидно. Не было все так элегантно и романтично, как ты сейчас пытаешься показать. Вспомни. Давай пойдем дальше. Вспомни, как вы жили вместе. Как просыпались в одной постели. Как он дотрагивался до тебя. Вспомни».

Я смотрю, ей уже плохо, в ней как будто лёд растаял, нахлынули воспоминания, захлестнули чувства. Я тихо включаю фонограмму и прошу, чтобы она еще раз рассказала мне эту историю. И она начинает - но сначала не петь, а рассказывать содержание песни. Рассказывает, рассказывает, я делаю музыку громче, и на словах «Я прошу тебя, вернись!» она просто кричит.

Очень хорошо, теперь она эмоционально разогрета, готова к работе. Я выключаю музыку и объясняю ей, что теперь мы все сделаем иначе. Что печальную песню надо петь с радостным настроением, с ощущением умиротворенности. Петь не о том, что произошло сейчас, а обо всем, что было. А ведь было и хорошо, и радостно, были любовь и счастье. История объёмна и глубока. И в нескольких куплетах песни надо суметь это передать. И для того, чтобы показать боль расставания, мало просто рыдать в три ручья на сцене, надо улыбаться сквозь слезы, а слезы никто не должен видеть. Мы с ней добились таких успехов, что за три минуты песни она всем душу вывернула. Но она тогда впервые поняла, насколько это непросто. Она сама плакала, звонила мне, говорила: «Мне плохо!» А я, как профессиональная садистка, говорила: «Очень хорошо! Я очень рада, что тебе плохо». Конечно, я так не считаю и переживаю за нее, переживаю за то, что таким образом приходится добиваться результатов, но это как в спорте - через пот, кровь и слезы к результатам. А мы их добились.

Но трудности и странности преследуют не только начинающих артистов. Я как-то обратила внимание на то, что трагичные песни многие наши артистки поют в каком-то крайне стервозном настроении. Ноздри раздуты, ноги расставлены, просто какие-то бабы-стервы на сцене. Такая русская женщина, брошенная и одинокая, которая выглядит как буйвол, готовый всех смести. Я просто поражаюсь. На самом деле многие не то что играть - стоять нормально на сцене не умеют.

Забудем о руках и ногах - это просто тихий ужас! Посмотрим на лицо. Здесь обычно сдвинутые к переносице брови, закрытые, а то и зажмуренные глаза и рот, который распахнут так, словно его обладатель лечит у стоматолога зубы. И это песня про любовь... Просто не знаю, что делать!

Я начинаю работать, рассказывать. Сразу, с первых шагов предлагаю: «Давай попробуем проработать какой-нибудь хороший ракурс». Ракурс для артиста очень важен. Вообще, изучать свое лицо нужно всегда. Даже артистам, которые уже известны, как Катя Лель или Анита Цой и многие другие. Я задавала вопрос: «Ты знаешь свои выгодные ракурсы и сильные стороны?» Не хочется лишний раз кивать в сторону заграницы, но иностранный артист даже на интервью автоматически садится к камере в выгодную для себя позу. Он изучил себя и представляется в самом выгодном свете. Поэтому я все время напоминаю всем, требую: изучайте себя, встаньте к зеркалу, посмотрите, что вам лучше, что хуже.

На сцене я ставлю перед собой артиста, и мы начинаем возить камеру - влево, вправо, вверх, вниз. Я смотрю в монитор и говорю: «Ниже голову тебе опускать не стоит или категорически нельзя. Потому что, либо скулы вылезают, либо мешки под глазами. А вот этот поворот чуть в сторону очень хорош, прекрасная линия шеи, подбородок, нос - всё очень выгодно смотрится. Очень высоко голову нельзя задирать». Многие любят обращаться куда-то вверх, и иногда получается, что ты видишь нос в две дырки на экране и, собственно, больше ничего, в лучшем случае - кадык у мужчин. На «Фабрике» кругом были зеркала, я предлагала: «Так, встали близко друг к другу. Вправо-влево, смотрите туда-сюда, изучайте себя, присматривайтесь». Потом я ставила их друг против друга: «Посмотрите на партнера, что вам в нем кажется выигрышным, что бы вы выдвигали на первый план, а что бы, наоборот, маскировали, скрывали, не выпячивали@. […]

Артисту нужно хорошо выглядеть. «Не быть толстой, неряшливой, распустившейся. Сцена - такое место, где не все можно скрыть даже с помощью великолепного костюма и хитроумного макияжа. И мне часто в открытую приходилось говорить некоторым исполнительницам: «Дорогая моя, ты отрастила большую задницу!» Это грубо, наверное. Но иначе нельзя. На Западе, насколько я знаю, даже в контракте указывается, в каком размере ты должен держаться. Вышел за рамки - нарушил контракт. Жестко? Да. У нас этого нет. Пока нет. Мы можем себе позволить, извините, нажраться, а потом колбасой прыгать по сцене. […]

Для меня один из таких ярких примеров - Тимати. Это типичный представитель золотой молодежи, безумно избалованный мальчик, совершенно не понимающий, о чем тут вообще идет речь... Сколько раз, когда речь заходила о концертах, мы обсуждали, что и как надо сделать, а Тимати твердил одно: «Ну зачем всё это? Я сейчас сам все организую, придумаю, денег подгоню» Меня это просто обескураживало: «Да нет уж, спасибо, Тима, мы сами что-нибудь придумаем!» Он долгое время отлынивал от репетиций. Как это - встать, идти, заниматься пластикой, фитнесом, вокалом... Он страшно ленился, для него это было все немодно и неинтересно. Так он все ходил, лоботрясничал, шутил и похохатывал над всеми, пока однажды его не номинировали и ему не пришлось заняться собственным сольным номером. Я, как сейчас помню, тогда сама отправилась в зал, и мы с ним пять часов практически без перерыва отрабатывали его выступление. Пять часов! Это очень много. И что-то тогда с ним произошло. Я заставляла его оттачивать элемент, повторять его опять и опять, вновь и вновь, потому что то, что нужно, не получалось. Вроде ничего сложного, а не выходит. И он сам понимал, что не выходит. Удивлялся, что-то делал, потом ему все надоедало, он пытался смыться на перерыв, а я возвращала его в зал, и опять мы точили мизансцену. В конце концов у него возник вопрос: «А почему ничего не выходит-то?» - «А потому, мой дорогой, что чем бы ты ни занимался, надо в это вкладываться и уметь работать. А ты не умеешь».

Вообще, в жизни для того, чтобы такая вроде нехитрая, но очень важная мысль не просто посетила тебя, а стала частью твоего мировосприятия, должно или пройти много времени, или что-то произойти. Времени на «Фабрике" у нас было мало, поэтому чаще происходили какие-то «переключения», спровоцированные внешними обстоятельствами. Признаться, я хотела, чтобы зазнайку Тимати «пробило». И я рада, что увидела, как это произошло. Его во время той репетиции удалось так раскачать, что он поворачивался, и я видела, что у него стали совершенно другими таза. Он бормотал: «Не, я никогда не думал, что так долго нужно репетировать». Я говорила: «Тима, это тебе сейчас так долго нужно репетировать. Если ты почувствуешь это состояние, войдешь в него, твои репетиции будут становиться все короче и короче. И когда-нибудь ты поймешь, что тебе достаточно встать за кулисами, укрыться там от всех, что-то прошептать себе, настроиться и выйти на сцену. И все будет отлично». Не знаю, мы тогда не откровенничали с ним, но что-то он для себя понял и изменился прямо на глазах. Стал внимательно изучать песни, тексты, сценарий того, что будет происходить на сцене перед ним, а что у него за спиной. Он меня так допытывал: «А что мы будем делать, если здесь вот это? А если Алекса встанет здесь? А если выйти оттуда?» Он стал настоящим профессиональным почемучкой, А прежде было: «Да ладно! Ха! Выйдем, посмеемся, встанем так, сделаем все быстро, па-па-па, я еще денег подгоню, и все будет замечательно!» И ведь невозможно было объяснить человеку, что не ты - мы, зрители, должны платить тебе деньги за то, что ты даешь нам то, чего мы хотим».


Арифулина Лина, Корпорация звёзд: как стать звездой и остаться человеком, М., «Фэшн Букс», 2007 г., с. 49, 105-108, 109-110 и 170-173.


Мы Вконтакте:
вступайте!

Мы в ФБ:
вступайте!

Мы в Твиттере
Добавляйтесь!
Видеолекции И.Л. Викентьева о ТРИЗ, творческих личностях / коллективах

Публикации на аналогичную тему:

Методические статьи
Статьи и дискуссии
Полезные бизнес-цитаты
Коллекции
На главную
Любое использование текстов и дизайна может осуществляться лишь с разрешения Редактора портала.
Основание: "Закон об авторском праве и смежных правах" PФ, Гражданский кодекс РФ и международные нормы.

Для Пользователей: направляя нам электронное письмо и/или заполняя любую регистрационную форму на сайте,
Вы подтверждаете факт ознакомления и безоговорочного согласия с принятой у нас Политикой конфиденциальности.


English
Deutsch
Russian